Главная Публикации Тень Победоносцева или Как сегодня «рассыпать набор»
Тень Победоносцева или Как сегодня «рассыпать набор»

Владимир Потресов

Заканчивая работу над сборником «Сергей Яблоновский, Избранное в трех томах», я предложил ряду историко-литературных изданий к публикации некоторые неизвестные в России, интересные, на мой взгляд, фрагменты. Документальную историю непростых отношений С. Яблоновского и И.Бунина взялся напечатать «Московский журнал», и вот что из этого вышло…

Иногда кажется, что события начала девяностых годов ХХ века – сладкий сон, и живем мы точно так, как и тогда жили, - нет, нет, да и напомнят.

Не волнуйтесь, не о выборах я, управляемой экономике и всем таком, я – о журнальной цензуре. Тогда, раньше, все было просто: автор знал, как надо, и умный цензор знал, что автор знает, и оба знали, как сделать так, чтобы и читателю было интересно, и «наверху» не хмурили брови, - словом, привыкли и научились.

А нынче мы – отвыкли, оттого вопиет и клокочет.

Поясняю. Летом нынешнего года предложил «Московскому журналу» очерк, в котором впервые документально рассказал об отношениях между Иваном Буниным и Сергеем Яблоновским (С.В. Потресов), известным в прошлом веке журналистом, театральным и литературным критиком, к тому же еще и моим дедом.

Частично об этом я писал в очерке «Насчёт миллиона не беспокойтесь – постараюсь не лишать Вас его / Письма Буниных Сергею Яблоновскому», опубликованном в «Литературной Газете», 2004, октябрь, 30, № 38 – 39, однако с тех пор удалось получить и расшифровать новые материалы, а главное – (спасибо директору Русского архива в Лидсе, Ричарду Дэвису) ответные письма Яблоновского к Буниным.

Стоит ли говорить, что редакция «Московского журнала» ухватилась за предоставленный очерк: нынче каждая закорючка нобелевского лауреата – повод для диссертации. Я «продержал» верстку, которую позже из-за значительного объема редакция «раскидала» на два номера, и в сентябре первая часть очерка «Бунин и Яблоновский / История их доброго знакомства и разрыва» вышла в свет.

Тут вот какое дело: в напечатанном рассказывалось как раз-то об истории «доброго знакомства»; самое интересное было во второй части, где впервые должны были публиковаться документы, поясняющие, почему Сергей Яблоновский выступил в открытой печати против Ивана Бунина, впервые были предложены никогда не видевшие в нашей стране свет документы противоположной стороны по поводу интриг нобелевского лауреата с советским руководством, о его отношении к «братьям по цеху».

Пишу так подробно потому, что вторая часть очерка свет так и не увидела: заместитель главного редактора «Московского журнала» А.А. Белай «рассчитывая на мое понимание», сообщил, что печататься она не будет.

Не будет, и все. Без комментариев.

Вот тут-то и вспомнились те времена, когда технологический аналог выемки готового материала из издания именовался полузабытым в наш компьютерный век термином «рассыпать набор» и применялся, если не изменяет память, последний раз при раннем Брежневе к «Новому Миру» по докладной записке от 24 мая 1968 г. приснопамятных заведующих отделами пропаганды, агитации и культуры ЦК КПСС В. Степакова и В. Шауро.

По его словам, А.А. Белай отказался от печати «по зрелому размышлению» ввиду «тенденциозности материала». Это сколько ж месяцев ему надо было «зрело размышлять», чтобы, подготовив и сверстав статью, напечатав ее часть, признать оставшееся тенденциозным!

Да, материал имеет тенденциозную окраску, поскольку, повторюсь, впервые в истории нашей литературы приводит мнение другой стороны конфликта. Ведь вспомним: лишь ленивый исследователь творчества Бунина или автор беллетристики о русской эмиграции не писал в советские годы о «травле» писателя, в том смысле, мол, понял наконец Бунин преимущество советского бытия, решив вернуться в СССР, а «белоэмигрантская свора» не пустила. И ведь знали, чтó писал Бунин о том режиме в своих дневниках, знали, что не поехал в советскую страну, испугавшись «дела» Зощенко и Ахматовой, а вот поди ж ты, стало locus communis…

Все это ладно, важно то, что редакция «Московского журнала», возродив мрачный образ Победоносцева, главного цензора России, лишила читателей возможности полностью прочитать материал, сделать свою оценку, по-фельдфебельски одернув: «Дальше не-з-зя!». Читайте, что дают: о прорабах, шинниках и дважды краснознаменном!

Я поинтересовался, как же журнал «отчитается» перед читателем по поводу такого безобразия. «Просто извинимся, и все», пояснил А.А. Белай.

Знаю, многие редакторы в грош не ставят автора, и их можно понять: пишущих тьма, а печатные площади всегда в дефиците.

Но с отношением к читателю, как к быдлу, который схавает все, в новые времена сталкиваться мне приходится впервые!

Автору этих строк доводилось работать в разных редакциях, поэтому тайный набор пружин и других механизмов, которые используются в таких случаях, знаю не понаслышке. Никто не осудил бы редактора за его позицию, когда б он сделал врез, честно сообщив читателям, мол, «мнение редакции не во всем совпадает с мнением автора», или нечто в таком же духе, но запрещать!

Полагаю, если б редакторы жили не на деньги правительства Москвы, а на средства от реализации, они бы дорожили читателем.

Известный воронежский филолог В.Г. Тимофеева в статье «Маргиналии или контекст?» (Вестник ВГУ, Серия: Филология. Журналистика. 2005, № 2) писала о С. Яблоновском: «…обращение к наследию этого незаслуженно лишенного внимания исследователей деятеля русской культуры послужило бы и реальному признанию его заслуг, и освещению некоторых скрытых пока от историков литературы фактов сопряжений и отталкиваний творческих личностей эмиграции первой волны».

Нынче же цензорское оскопление моего очерка «Московским журналом» просто лишило меня возможности дальнейшей публикации: кому нужен наполовину напечатанный материал, так и не осветивший «скрытые пока от историков литературы факты сопряжений и отталкиваний…»?

В советские годы подобные действия редакторского корпуса определялись партийной «заданностью» или «наказом».

Кто сегодня «задал» или «наказал» редакции, осквернившей либеральные традиции основавшего «Московский журнал» более двух веков назад Н.М. Карамзина, прервать публикацию о литературных перипетиях шестидесятилетней давности, так и осталось для меня тайной за семью печатями.

Статья для публикации в ХРОНОСе предоставлена автором.

 

 

Новости

В бесконечной галактике сияет звезда Роберта Рождественского: в 1997 г. имя поэта присвоено малой планете, зарегистрированной в международном каталоге малых планет под № 5360.

Подробнее ...
Баннер
Баннер
Баннер
Баннер
Баннер
Баннер
Баннер