Главная Публикации «Великая Отечественная война в творчестве Е. П. Нечаева»
«Великая Отечественная война в творчестве Е. П. Нечаева»

Студенты ГБПОУ «Псковский индустриально-технологический техникум»

Волкова Ольга, Аверченкова Светлана, Потапова Екатерина

Руководитель проекта - преподаватель русского языка и литературы

ГБПОУ «Псковский индустриально-технологический техникум» Токарева Мария Васильевна.

Над костями павших не расти бурьянам,
Не развеять прах их ветрам-ураганам...

2Эти строки, полные скорби и печали, открывают первую часть книги, которая была особенно дорогаЕвгению Павловичу Нечаеву. Эта книга - «Батарейцы».
Роман-хроника - так обозначил автор жанр своего произведения, построенного на воспоминаниях о пережитом. Книга была выстрадана всей жизнью писателя-фронтовика. Работе над ней Нечаев посвятил 33 года, а день публикации произведения считал самым радостным в своей творческой биографии. Роман был опубликован в 1977 году.
«Первым импульсом к написанию книги послужили страшные впечатления от первых людских потерь, которые я увидел вокруг. У меня была батарея из 120 человек, все гвардейцы: красивые парни под два метра ростом. Все они погибли. Тогда я дал себе слово, что, если выживу, обязательно расскажу о них людям. О том, как эти солдаты, сержанты и офицеры выполнили свой воинский долг, где и как погибли».
7«Товарищам по оружию, ветеранам Второго Ленинградского Краснознаменного артиллерийского училища с горячей признательностью посвящаю»... - напишет Нечаев на первой странице своего романа. Боевые товарищи... Каждого, с кем сводила его жизнь, Нечаев сохранил в своей памяти: офицеров и рядовых, подносчиков снарядов, шоферов и трактористов. Все они предстали в его книгах живыми, с их общими и индивидуальными чертами. Всех помнил Евгений Павлович поименно. Одни прошли через всю книгу, другие проявили себя в одном эпизоде. Но каждый из них открыл нечто новое в образе «батарейцев».
«По песчаной отмели, в дыму разрывов, в разные стороны бежали люди, метались в поисках малейшего укрытия. Страх быть убитым именно сейчас, после всего пережитого на том берегу, туманил сознание, захватывал дух. Никогда до этого не чувствовал Дубовик, что начинает терять самообладание. А сейчас будто кто-то кричал ему в самое ухо: «Бросай, беги вон в ту ямку! Сейчас, вот сию секунду, здесь упадет снаряд! Бросай!..» - «А вот и не упадет! - Комбат упрямо мотнул головой, стараясь сбросить с себя наваждение. - Это перелетная очередь» .
«Ревякина вынесли из-под обстрела на плащ-палатке. Впереди - Бутырский и Дубовик, позади - Поречный и Малахов. Тут же, на берегу, нашли несколько ломаных досок от старой рыбачьей лодки, смастерили носилки. Тем временем возле раненого разведчика собрались все батарейцы: Дубовик насчитал восемнадцать человек.
Когда Ревякина положили на носилки, он очнулся, глубоко вздохнул и открыл глаза.
- Будет жить, - уверенно сказал Малахов.
- А ты думал, нет? - с трудом произнес сибиряк. - Поживем еще, повоюем! - Он медленно обвел взглядом стоявших возле людей, остановился на Лирнике и спросил неожиданно: - Послушай, когда это ты успел поседеть?..
Видя, что все повернулись к нему, Лирник снял пилотку, из-под которой обычно топорщились завитки черных волос. Вся голова парня была седая... »
1007075780«Батарейцы» - трагедийное повествование. Не случайно Евгений Нечаев многократно воспроизводит ситуацию смертельного боя с его большими потерями, с минутами, когда жизнь висит буквально на волоске.
«Сверху уже нарастал шепелявый, стонущий свист. Секунда-другая - и глухие разрывы реактивных мин вздыбили землю, разворотили, раздробили прибрежные камни. И так дотемна - вдоль и поперек, справа налево, вперед и назад в лютой ненависти рвали, кромсали немецкие артиллеристы несчастный клочок земли, бывший рыбацкий поселок. На карте это совсем небольшой залив - бухта Опасная».
О таких минутах невозможно забыть. Они тревожат память, обращают к размышлениям, становясь нередко ключевыми эпизодами сюжетной канвы произведения. Об одной из таких минут часто вспоминал писатель, когда он, фронтовик, услышав позади себя крик бойца, обернулся. Обернулся в тот самый миг, когда нажал на курок немецкий снайпер, целившийся ему в голову. И пуля только ранила Нечаева в лицо, оставив на всю жизнь шрам на щеке.
Мотив подстерегающей смерти становится сквозным в произведении. Словом «убитые» писатель открывает повествование романа:
«Убитых подбирали после заката солнца, переносили к землянке комбата, укладывали в ряд».
Однако в конце произведения звучат другие ноты:
«Часам к десяти все было закончено: путь к Феодосии был открыт.
- Ну что, Петро, кажется, дождались? - спросил Дубовик у Бутырского. - Помнишь, о чем нам здесь говорил генерал Даренин? Какие у нас еще города впереди?
- Я думаю об одном, - улыбнулся начальник разведки, - теперь-то уж нас ничто не остановит.
Приморская армия шла к Севастополю» .
Прослеживая судьбы своих героев, автор показывает: всей жизнью они были подготовлены к любым испытаниям, чтобы защитить Отечество. И даже жестокие сцены боев, разрывающиеся снаряды, гул, скрежет, свист, гарь не пугали бойцов, а наоборот, порождали неутомимое желание дать отпор ненасытному врагу.
Нечаев-копияМай 45-го. Берлин. Город разрушен. На одной из улиц стоит гаубица, и наши бойцы с радостными лицами (Победа! Дошли!) бьют прямой наводкой по домам, где засели немцы. В те дни в Берлине воевал и дивизион тяжелых гаубиц майора Евгения Павловича Нечаева. Свои впечатления о том времени он выразил в книге «В стане поверженных».
После войны, закончив службу в армии в звании подполковника, Е.П.Нечаев приехал в Псков. Таким он увидел город в 1949 году:«Опрокинутый навзничь и распластанный трехлетней ночью оккупации, истерзанный и сожженный, он с трудом приподнялся, чтобы с каменистого берега, обрамленного древней стеной, склониться к реке и увидеть свое отражение, сосчитать и припомнить старые боевые шрамы на суровом лице».
Город-воин. Город-страж. Некогда «неприступная пограничная крепость величественный белокаменный кремль, высокие стены с бойницами, грозные многоярусные башни с тайными переходами...». «Только таким и рисуется Псков в нашем воображении, - говорит Нечаев в «Прологе» романа «На земле опаленной». Это произведение стало первым творением писателя об освобожденном от оккупантов древнем городе.94UvTF1eZyk dsc4695 kopirovat 1417290495 full
Сюжет романа показывает другой, не привычный писательскому восприятию, Псков: опустевший, разрушенный до основания город, в котором царят грабежи, насилие, зверства... Город, в котором «адский грохот и дымная гарь помутили сознание, заморозили перепутанные обрывки собственных мыслей» .
Ужасающие картины разрухи, однако, не лишают автора мысли о том, что все преодолеет славный Псков. Вера автора в силу и мощь древнего города, в его неустрашимость перед врагом, в неиссякаемый боевой дух пронизывает каждую строчку романа.
129300074«Город ждал, засматривая сверху пустыми глазницами башенных окон и прислушиваясь к отдаленному гулу войны... Давно и до нас было сказано: «Кто сеет ветер – пожинает бурю». Древний Псков хорошо помнит и другие слова: «Кто с мечом к нам придет, от меча и погибнет» .
Так было всегда. Так воссоздал в своем произведении и Евгений Павлович. Последние страницы романа рисуют картины возродившегося из руин города, картины мирной жизни, протекающие на фоне необычайной тишины. «Это особенная тишина», - как будто говорит нам в подтексте Нечаев. Она прочитывается не только как символ наступившего мира, но прежде всего как гимн стойкости человеческого духа, очередной раз доказавшего несокрушимый характер настоящего патриота.
«Тишина, безмятежная тишина, напоенная тонким и чуть горьковатым ароматом скошенных трав, перемешанным с занесенным невесть откуда запахом хлебных колосьев. А Нилову вспомнилось вдруг море злого огня и смолянистого чада, захлестнувшее всю нашу Родину от западных ее рубежей и до Волги. И Псков в этом клокочущем пламени, скрежет танковых гусениц, тяжкие, раздирающие взрывы, яростные всплески пулеметных очередей и пороховая терпкая гарь, что когтистой скрюченной лапой хватала солдата за горло. Каким маленьким казался тогда сам себе человек в жутком хаосе небывалого камнепада! И как велик он был в самом деле, на какие высоты поднялся теперь! Устоял, выдержал, не упал на колени, совершил невозможное. Он отбросил и растоптал войну, залечил раны родной земли, из руин и пепла возродил города, строит новые, полной грудью вдыхая живительный воздух Отчизны».

mHN8EBOovcg

 

Новости

27 мая – официальная дата празднования Дня библиотек.

Власть, времени сильней, затаена
В рядах страниц, на полках библиотек:
Пылая факелом во мгле, она
Порой язвит, как ядовитый дротик.
Валерий Брюсов

О просветительской роли библиотек сказано много, она воспета поэтами, мыслителями. Сегодня российская библиотека переживает трудный период: человеческий фактор из цинизма и бездушия поставил её на грань выживания. На этом рубеже стоят люди, те, которые своим беззаветным служением доказывают, что миром правит культура. «Пока живы библиотеки, культура не погибнет». Слова академика Д.С.Лихачева всегда радовали наше сердце, вселяя надежду. Тем и живы!

Региональный Центр чтения

Баннер
Баннер
Баннер
Баннер
Баннер
Баннер
Баннер